Мужик болтанский, богатырь басурманский

Жил-был мужичок убогий, снял он, значит, четверть под озимь. Вот подошла пора рожь сеять, а батраки и говорят: один – пять рублей давай, а другой – четверть горилки купи. Мужичок подумал-подумал.

– Что ж, – говорит, – пять рублей я дам или четверть куплю… Нет, дорого будет. – И пошел на ярмарку, купил лошадь, дал за нее три золотых и десять грошей.

Вот купил он себе, значит, лошаденку, сделал соху и пошел сам пахать. А четвертина-то его у самого леса была. Ну, вот начал он пахать, и стали на лошадь комары и оводы нападать, за бока кусают, пахать не дают; вот мужичок лошадь рядном и накрыл, а поднялся ветер и сбросил рядно. Схватил мужичок рядно, махнул по коню и убил тридцать оводов, а комаров и не счесть. Остановился он, смотрит и думает: “Чего ж мне теперь горевать, я и сам теперь такой богатырь, что одним махом тридцать богатырей положил, а мелкой силы и счету нет”. Вот и надумал он себе: “Поеду-ка я странствовать по свету, дома сидеть на печи да сверчков слушать надокучило”. Заложил он за пояс топор, накинул на свою лошаденку рядно, сел, да и поехал. Вот он себе и

едет, подъезжает к распутью, а там столб стоит. Мужичок подумал, подумал, слез с коня, подошел к столбу и написал табличку (а был он мужичок грамотный). Написал, значит, вот что: “Проезжал, мол, мужик болтанский, богатырь басурманский – одним махом тридцать богатырей сразу положил, а мелкой силы и счету нет”, – и дальше поехал.

Вот бежит Бова Королевич, наезжает на тот столб, смотрит и думает: “Что оно такое? Проезжал мужик болтанский, богатырь басурманский, что одним махом тридцать богатырей положил, а мелкой силы и счету нет. Против нас троих нету никого на свете сильней, а то вот посильнее нашелся”. Ну, и давай он по той дороге гнаться. Гнался он, гнался, глядь – едет какой-то мужичок на такой клячонке, что только шкура болтается да кости гнутся. Бова Королевич и говорит:

– Здравствуй, мужичок! Тот и говорит:

– Здорово!

– А не ты ли, – спрашивает, – мужик болтанский, богатырь басурманский, что одним махом тридцать богатырей положил, а мелкой силы и счету нет?

Мужичок отвечает:

– Я.

– Ну, не гневайся тогда, что мужичком назвал.

– А ты кто? – спрашивает мужичок.

– Бова Королевич.

– Ну, так становись рядом, поедем. Вот бежит теперь Яруслан Лазаревич, поглядел на тот столб и говорит:

– Что оно такое? Против нас двоих нет никого сильнее, а выходит, что этот посильней будет, одним махом тридцать богатырей положил, а мелкой силы и счету нет.

Вот прочитал он эту надпись и ну гнать коня, потом догоняет.

– Здравствуй, – говорит, – Бова Королевич! Чего это ты с мужиком едешь? А тот и говорит:

– Молчи!

Ну, он и догадался и спрашивает мужичка:

– А не вы ли, – говорит, – будете мужик болтанский, богатырь басурманский, что одним махом тридцать богатырей положил, а мелкой силы и счету нет?

А тот отвечает:

– Я.

– Ну, не гневайтесь, что мужиком назвал.

– А ты кто? – спрашивает мужичок.

– Я – Яруслан Лазаревич.

– Ну, вставай в ряду по правую руку, поедем!

И поехали.

Бежит теперь Илья Муромец, да на столбе и читает.

– Господи, – говорит, – нету против меня никого сильней, а этот посильнее будет – одним-то ведь махом тридцать богатырей положил, а мелкой силы и не счесть.

И давай коня гнать, богатырей догоняет.

– Что это вы, – спрашивает, – с мужичком едете? А те говорят:

– Тише, помалкивай!

Вот он и догадался, мужичка спрашивает:

– Не вы ли мужик болтанский, богатырь басурманский, что одним махом тридцать богатырей положил, а мелкой силы и не счесть?

А тот отвечает:

– Я.

– Ну, так прощенья просим, что мужичком обозвал.

– А ты кто таков? – спрашивает мужичок.

– Я – Илья Муромец, сильней всех богатырей на свете.

– Ну, становись в середину!

И поехали. Вот задумали теперь три богатыря ехать в Дикое поле, где есть такая царевна, которая за того, кто к ней доедет, и замуж пойдет. Ехали они, ехали, приезжают в Дикие степи, ставят три куреня и три флага выкидывают. Мужичок снял с коня ряднышко, коня пустил пастись, а сам ряднышком прикрылся и лег спать.

Глянула царевна в подзорную трубу и говорит своим князьям:

– На мои степи выехали три богатыря, три флага подняли. Отрядите, – говорит, – мои милые князья, шестерых богатырей, шесть зверей, а мелкой силы чтоб и счету не было, и пускай они тех богатырей побьют, а мне головы их напоказ привезут.

Князья мигом войско снарядили и в степь выслали. Бова Королевич посмотрел в трубу и говорит товарищам:

– Что делать? Выступает против нас шестеро богатырей, шесть зверей, а мелкой силы и не счесть! Товарищи и говорят:

– Спросим у мужичка.

Приходит Бова Королевич к мужичку и просит:

– Мужик болтанский, богатырь басурманский, давайте совет нам: едет против нас шестеро богатырей, шесть зверей, а мелкой силы и не счесть, что нам теперь делать?

– Ты, – говорит мужичок, – славный богатырь, Бова Королевич, садись на своего коня и езжай им навстречу, Ты шестерых богатырей, словно шесть оводов, побьешь, а мелкую силу твой конь потопчет.

Сел на своего коня Бова Королевич, поехал и давай биться: шесть богатырей и шесть зверей порубил, а мелкую силу конем потоптал, одного только оставил, записку написал и царевне вестку подал. Вот выпускает тогда царевна на них девятерых богатырей, девять зверей, а мелкой силы и не счесть.

Яруслан Лазаревич глянул в подзорную трубу и говорит:

– А что будем делать: выступает против нас девять богатырей, девять зверей, а мелкой силы и счету нет? Товарищи и говорят:

– Ступай да спроси у мужичка!

Пришел Яруслан Лазаревич к мужичку, спрашивает:

– Мужик болтанский, богатырь басурманский, давайте совет нам: выступает против нас девять богатырей, девять зверей, мелкой силы счету нет, что нам делать?

– Ты, – говорит мужичок, – славный богатырь, Яруслан Лазаревич, садись на своего коня и езжай им навстречу. Ты девять богатырей, словно девять оводов, побьешь, а мелкую силу твой конь потопчет.

Сел на своего коня Яруслан Лазаревич, поехал и давай биться: девять богатырей и девять зверей побил, а мелкую силу конем потоптал, одного только оставил, с вестями к царевне послал. Вот выпускает тогда она на них двенадцать богатырей, двенадцать зверей, а мелкой силы и счету нет.

Глянул в трубу Илья Муромец и говорит:

– А что будем делать: выступает против нас двенадцать богатырей, двенадцать зверей, а мелкой силы и счету нет?

Товарищи и говорят:

– Ступай да спроси у мужичка.

Пришел Илья Муромец к мужичку и спрашивает:

– Мужик болтанский, богатырь басурманский, давайте совет нам: выступает против нас двенадцать богатырей, двенадцать зверей, мелкой силы и счету нет, что нам делать?

– Ты, славный богатырь, – говорит мужичок, – Илья Муромец, садись на коня и езжай им навстречу: ты двенадцать богатырей, двенадцать зверей, как двенадцать оводов, побьешь, а мелкую силу твой конь потопчет.

Оседлал Илья Муромец коня, сел и поехал. Ну и давай с теми богатырями биться, давай биться: двенадцать богатырей, двенадцать зверей побил, а мелкую силу конь потоптал, одного лишь оставил, записку написал и царевне весть послал.

Вот царевна видит, что дело тут не пустяшное, зовет к себе своих князей и говорит:

– Что нам делать: три богатыря побили всех наших богатырей, всех зверей, а мелкой силы и не счесть? А князья и говорят:

– Так выпустим на них двенадцатиглавого змея, что сидит па двенадцати цепях прикованный; если и он с ними не справится, придется нам их, как гостей, принимать.

Решили и спустили с цепей двенадцатиглавого змея. Летит змей, так земля и дрожит, зверь в лес прячется, а мелкая птица за море улетает.

Вот Илья Муромец поднялся раненько, в подзорную трубу глянул и говорит товарищам:

– Плохое дело, товарищи, на нас двенадцатиглавый змей летит, под ним аж земля дрожит, зверь в лес прячется, а мелкая птица за море улетает.

– Что ж, – говорят, – пойдем, товарищи, к мужичку. Вот пришли к нему и говорят:

– Мужик болтанский, богатырь басурманский, мы свое отбыли, а теперь ваш черед подошел: летит на нас двенадцатиглавый змей, идите теперь вы с ним справляться.

Мужичок поднялся и думает: “Ну, конец, моему лыцарству! Поездил я маленько по свету, людей повидал, а теперь приходится живьем змею отдаваться, уж тут, пожалуй, не выкрутишься” Вот он встал, рядном своего коня накрыл, топорок за пояс заткнул, сел и едет. Богатыри и говорят ему:

– Возьмите у кого-нибудь из нас коня, ваш чуть дышит, пожалуй, и до змея-то не довезет.

– Не надо, – говорит, – ваши кони меня не выдержат.

Дернул за недоуздок и поковылял. Вот подъезжает он к змею. Змей на него летит, так земля и дрожит, зверье в лес прячется, а мелкая птица за море улетает… Мужичок внимания на то не обращает, за недоуздок коня дергает, а конь помаленьку и плетется. Глянул змей на этого лыцаря, остановился и стоит.

– Это что такое, насмешка надо мной, что ли?

– Верно! – мужичок в ответ.

Спрыгнул с коня, топор из-за пояса вытащил и ударил зверя по голове, так одна голова и покатилась, потом по второй, и та упала.

Видят тогда три богатыря, что змея мужик болтанский, богатырь басурманский, побивает, у них славу отымает, сели на коней и бросились на змея с двух сторон, а третий за хвост схватил – побили его, порубили, на огне спалили и пепел по ветру пустили.

– Теперь, – говорит мужичок, – можно нам и к царевне ехать свататься; плохо только, что вы, богатыри, завистливые: я хотел змея топором порубить, а вы не дали; зачем вы не в свой черед в Дикое поле выступили?

И крикнул на них. Илья Муромец, как старший, говорит:

-Что ж, прощенья просим, наш славный мужик болтанский, богатырь басурманский, вы над. нами теперь старшина: хотите идите с царевной венчаться и царство себе забирайте, а нет, поедем еще по свету силу свою показывать.

– Спасибо за честь! – мужик болтанский ему. – Только царевне я не жених, ведь вы меня мужиком называли, а по свету свою силу показывать, людей удивлять да людской покой мутить тоже не приходится. А вы, как богатыри знатные, убранство у вас богатое, а кони дорогие, поезжайте к царевне свататься, а я позади поплетусь.

Вот оделись богатыри в лучшие свои одежды и вперед двинулись, а мужичок коня напоил, рядном его накрыл, сел на него, дернул за недоуздок и поехал за ними.

Царевна видит, что всех богатырей ее побили, двенадцатиглавого змея в пепел обратили, и думает: “Нечего делать, надо дорогих гостей встречать”. Вот позвала она своих князей н велит:

– Отворяйте ворота, расстилайте к моему дворцу холстины да богатырей хлебом-солью встречайте!

Открыли ворота, хлебом-солью богатырей встречают, кланяются, а царевна на крыльцо вышла и двери им в свой дворец отворила; богатырей приветствует, за стол сажает, дорогим вином-медом потчует. А мужик болтанский, богатырь басурманский, подъехал ко дворцу, лошаденку у крыльца привязал, рядно с нее снял, у дворца разостлал, улегся себе и трубку покуривает.

Вот богатыри пьют-гуляют, каждый из них на царевну поглядывает, и думают: “Кого же она из нас троих удостоит?” Царевна видит, что все богатыри один другого краше, один другого милее, и сама не знает, за кого ей замуж идти. Пьют они, значит, гуляют, а к делу не подступают. Царевна тогда и говорит:

– Кто из вас, славные богатыри, моего двенадцатиглавого змея одолел, пусть тот со мной чарку вина выпьет.

Богатыри глянули один на другого: туда-сюда, а того богатыря, что двенадцатиглавого змея убил, к нету. Они тогда – нечего делать – и говорят:

– Есть еще с нами мужик болтанский, богатырь басурманский, что одним махом тридцать богатырей положил, а мелкой силы и не счесть; он сейчас у дворца лежит и трубку покуривает, пускай сюда явится; да только мужик он чудной, одежа на нем простая, на клячонке ездит, а как спит, то рядном укрывается.

– Раз так, то так, – говорит царевна, – пускай мои князья его, как должно, оденут и к столу приведут.

Одели князья мужика болтанского и за стол усадили. Ну, вот царевна наливает всем по чарке и говорит:

– Кто из вас, славные богатыри, моего двенадцатиглавого змея одолел, пускай тот со мной чарку вина выпьет.

А мужичок не испугался, чарку поднял и говорит:

– Я!

Вот тогда царевна с ним повенчалась и его управлять своим царством поставила,

Я у него был, горилку с ним пил, да и к вам вот пришел, эту сказочку сказал, – может, и вы по чарке на стол мне поставите.




Мужик болтанский, богатырь басурманский


Алтайские Сказки Кисточка
Мужик болтанский, богатырь басурманский