В медвежий час

Когда я был маленьким, я ходил в детский сад. Недавно я узнал: и звери тоже ходят.

Да, да. Мой знакомый ослик и его друзья, поросенок и медвежонок, придумали, например, свой детский сад.

И у них все, как в настоящем детском саду.

Даже расписание есть, когда они что делают.

Вот, например, утром. Утром они слонячут, а это значит – хорошо и много едят.

Потом свинячут. Ну, это и без слов ясно. Просто сидят в грязной луже.

Затем они утятют – моются.

И вновь слонячут – обедают.

А после обеда медвежачут – крепко спят.

Очень

хорошее расписание, не правда ли? Когда я его прочел, мне очень понравилось оно. До того понравилось, что решил я сам пожить в детском саду.

Целый год я жил там, слонячил, утятил, а иногда, если с кем-нибудь происходило что-то смешное, я записывал.

Вот почему я назвал эти сказки “В медвежачий час”. Я писал их, когда все спали.

Как ослик купался

Пришел длинноухий к речке, а вода холодная. Опустил он ножку и заворчал: бррр…

Выглянул из воды лягушонок и спросил:

– Чего вы тут кричите: бррр?!

Ослику стало стыдно, что он боится холодной воды.

– А я, я потому что бррр… Просто я ем бревна. Понятно?

Понятно, – сказал лягушонок. – Значит, вы есть тот самый страшный крокодил.

– Совершенно точно, – кивнул ослик.

– А, простите, пожалуйста, – опять спросил лягушонок, – а кроме бревен, вы что-нибудь еще можете есть? Я слышал, паровоз даже.

– Совершенно точно, – кивнул ослик.

– Ну, а почему тогда, – заквакал лягушонок, – вы такой худой?

– Просто, – ответил ослик, – опоздал сегодня съесть поезд. Я пришел, а он ушел в Африку греть животик.

– Понятно, – сказал лягушонок. – В Африке жарко. И если там долго греть живот, он растает, и вместо паровоза получится корыто.

– Ну и что, – сказал ослик. – Корыто ведь съесть еще проще.

– Вот, вот, – запрыгал лягушонок, – я тоже так подумал. Почему и заговорил о паровозе. Дорогой крокодил, у меня есть корыто. В нем мама купает меня в чистом дождике. Мне это не нравится. Ведь я… люблю грязь. Так не поможете ли вы и не съедите ли это проклятое корыто на завтрак?

И тут ослик захохотал:

– Ну и хитрец! Я хотел его обмануть, а выходит, он обманул меня. Так слушай же, грязнуля. Я не крокодил, конечно. Но если ты не будешь мыться, явится настоящий крокодил и съест тебя. Больше всяких бревен и корыт они любят грязных лягушек. Мойся скорей!

Где веревочка?

Ослик любил говорить: “Все на свете просто, просто”. Это, наконец, надоело Мишке, и он сказал:

– Если все просто, то объясни, например, почему звезды висят в небе и не падают. Разве это просто?

– Конечно, – сказал ослик. – Они на ниточке.

– Ну, а Земля?

– Земля – она большая и толстая. Она на веревочке.

– А интересно знать, – буркнул медведь, – где та веревочка?

– Наверно, где-то есть. Просто посмотреть надо.

Они пошли и посмотрели. Вначале они увидели колышек. Потом веревочку. А на веревочке – маленького, маленького козленка.

– Вот, – захохотал медвежонок, – один козлик держит всю нашу Землю! Не правда ли, это очень смешно, ослик?

– Нет, – вздохнул ослик, – это совсем грустно. Ведь очень трудно такому маленькому держать такую большую Землю!

Не фантазируй

Ослик и его друзья всегда просыпали. И вот однажды ослик сказал:

– Надо что-то делать.

– Да, – сказал Мишка. – Петушка завести неплохо. Он будит.

– А что такое петушок? – спросил глупый ослик.

– Ну, как тебе объяснить, – зачмокал Мишка. – Во-первых, у него гребень.

– Гребень, – не дослушал ослик, – знаю, это то, чем гребут.

И он тут же побежал на луг, нашел грабли и поставил их на затылок.

– Вот, по-моему, петушок.

– Э-э-э-э, – захохотал Мишка. – Не петушок, а телевизор.

– Телевизор? – удивился ослик. – А что это?

– Это очень сложная вещь, – сказал Мишка.

– Мишенька, – спросил ослик, – ну, а что ест эта сложная вещь?

– Лампочки, дорогой ослик, лампочки. Если у телевизора открыть живот – там одни лампочки.

– Одни лампочки. Ну и что? – Ослик улыбнулся, взял сумку и пошел в город.

– Тридцать лампочек. На обед, на завтрак и на ужин, – сказал он продавцу.

И все тридцать лампочек исчезли в животе ослика. Ослик потолстел, а к вечеру засветился.

Да, лампочки горели у него в животе, а все думали: “Ослик это или не ослик? Или маленький троллейбус?”

Ну, конечно, вы не забыли, что на затылке у ослика торчали грабли, а цепочка огней вилась вокруг живота. И если бы вы увидели ослика, то не узнали его. Вы бы ошиблись. Ошиблись. В тот вечер ошибались все.

Каждый становился за осликом в очередь и ждал, когда тот его повезет.

Но ослик не мог везти столько народу. И он убежал.

Но бывают же такие люди! Они всюду бегали за осликом и кричали:

– Безобразие! Этот троллейбус отказывается ехать. А кто позволил ему, он же городской транспорт!

В конце концов дело кончилось тем, что пришел милиционер. Он взял троллейбус за ушко и повел в милицию. Там троллейбус поставили в угол, и он простоял в нем всю ночь.

А к утру огни потухли, гребень свалился, и все увидели:

– Да это же глупый ослик!

Ослика отпустили домой и попросили больше не фантазировать. Не воображать себя ни петухом, ни телевизором.

Как видишь, все это кончается плохо. Углом, в который тебя ставят.

Пироги

Однажды ослик, поросенок и медвежонок пекли пироги. И вдруг ослик сказал:

– А вы знаете, недавно я читал старую книгу. Там лодки назывались так – пироги. Наверное, их тоже пекли?

– Конечно, пекли, – завизжал поросенок. – А если они начинали течь, то дырочки затыкали изюмом.

– Хо-хо! – захохотал медвежонок. – А это очень вкусно. Давайте испечем такую пирогу и немного поплаваем в ней.

– Ура! – закричали ослик и поросенок и принялись за дело.

Удивительная получилась пирога. Вкусная и большая-большая. Даже слон смог бы в ней плавать. А ослик, поросенок и медвежонок уселись совсем свободно. И поплыли.

День плыли, два.

Кушать захотели. Съели шоколадный парус.

День плыли, два.

Кушать захотели. Съели пряничные весла.

День плыли, два.

Кушать захотели. Стали выковыривать изюм.

И тут пирога пошла ко дну.

– По-моему, тонем, – захрюкал поросенок.

– Да, да, – ответил ослик, – уже давно.

– Что же делать?! – закричал Мишка.

– Пл-о-отик. Во-о крушениях всегда-а, – заплакал ослик, – делают пло-о-о-тик.

– А, – заворчал медведь, – знаю. Плотиком будет тот, кто плотнее всех поужинал. Толстяки не тонут.

Медвежонок стукнул каждого по животу и сказал:

– Поросенок будет плотиком.

Ослик и медвежонок сели поросенку на спину и поплыли.

Они плыли так до самого берега. И только рыбам было жаль поросенка. Они вздыхали и говорили:

– У этого плотика очень грустный мотор. Он без конца хрипит и хрюкает.

Половичок

Ты знаешь, как умел ослик шутить. Собственно говоря, это было единственное, что его выручало.

Вот, например, однажды был такой случай.

Пошел ослик на луг ловить бабочек. Ходил, ходил – никого. И вдруг под кустами – что-то большое, пятнистое.

“О, – подумал ослик, – вот это бабочка!”

И хлопнул ослик ее сачком. А бабочка как зарычит:

– Какое безобразие! Кто посмел это сделать!

– Я, – сказал ослик. – И совсем это не безобразие. Вот ты ведешь себя безобразно, бабочка, раз так рычишь. Бабочки не должны рычать.

– Да я не бабочка, – опять зарычало под кустом, – я тигр.

– Тигр, – испугался было ослик. – Надо спасаться! – И тут же сообразил: – Нет, ты не тигр, – сказал он. – Какой же ты тигр, если у тебя на голове колпак? Ты просто шут.

– Какой шут? – удивился тигр.

– Гороховый, – сказал ослик. – И тебе надо есть горох.

– А это вкусно? – спросил тигр.

– Вкусней всего-всего на свете! – ответил ослик.

– А дай попробовать, – попросил тигр.

– Ладно, – сказал ослик. – Только вначале ты сделаешь то, о чем я попрошу. Итак, значит, я тебя два раза стукну, а ты промолчишь.

– Хорошо, – кивнул тигр, – потерплю немножко ради твоего гороха.

А ослик скорей побежал домой и сказал:

– А вы знаете, поросенок и медвежонок, я купил прекрасный половичок. Такой полосатенький… Взгляните.

И показал на тигра.

Взглянули друзья и заплакали:

– Зачем ты привел его, он нас съест?!

– Трусишки, – закричал ослик. – До чего дожили, половиков даже стали бояться. А ну, смотрите, сейчас я буду из него выбивать пыль.

И ослик взмахнул палкой и изо всей силы стукнул тигра по носу.

– Ой, – закричал тигр. – Не надо мне гороху. Не надо!

И он зажал нос лапой и убежал в лес.

Ну, а ослик? Ты думаешь, он радовался? Нет, он был настоящий шутник. Поэтому он и сказал с грустью:

– Ну вот видите, какие вы плохие. Все вам не нравится. Из-за вас убежал такой прекрасный половичок. Никогда я его больше не увижу.

И тут ослик заплакал, а медвежонок и поросенок стали его утешать:

– Прости нас, мы совсем глупые.

Самолетик

Ослик ходил и с самого утра кричал: “Уу-уу!”

– Что ты делаешь? – спросил его медвежонок.

– Моторчик, – сказал ослик.

– А зачем?

– Понимаешь, – объяснил ослик. – Я сделал деревянный самолет, а он не летает. Нет моторчика. Вот теперь, если я в него сяду и закричу, как моторчик, “уу”, то он полетит, наверное.

– Конечно, полетит! – закричал глупый медвежонок.

Ему очень хотелось летать.

И они тут же сели на самолетик.

– Уу-уу-уу, – загудел ослик.

Но самолет ни с места.

– Ты почему не летишь? – спросил ослик у самолета. – Разве не слышишь, как гудит твой моторчик?

– Слышу, – ответил самолетик.

– Тогда в чем же дело? – топнул ногой ослик.

– А мне кажется, – сказал самолетик, – что у меня не тот моторчик. Настоящие моторы надо заводить.

– Ах так! – рассердился ослик. – Я настоящий моторчик. – И он махнул хвостиком и крикнул медвежонку: – Заводи!

Медвежонок схватился за хвост и дернул.

И ослик уже готов был крикнуть “у-уу!”

Но медвежонок очень сильно дернул. И потому вместо “уу” ослик вдруг крикнул: “Ай-ай-ай!” И совсем испугался. И не полетел. Ведь моторчики не могут летать, когда вместо “уу” говорят вдруг “ай”.

Спор

Ослик и медвежонок всегда спорили. Это потому, что один говорил “все приходит”, а другой – “все уходит”.

Просыпался утром медведь и радовался:

– Смотри, пришло утро!

– Ну да, – плакал ослик, – ведь ушла ночь.

И днем было так же. Опять медведь кричал:

– День явился!

И снова плакал ослик:

– Ну да, ведь ушло утро.

А однажды было вот что. К ним в гости пришел слон.

– Смотри, смотри! – заорал Мишка. – К нам пришел слон!

– Ну да, – заплакал ослик, – ведь он ушел из дома.

Град

Когда был град, ослик всегда прятался. Больно было. В тот град он тоже спрятался, но вдруг подумал: “Да, я сижу в домике и мне не больно, но домику-то ведь больно. Надо его спрятать”.

Ослик залез на крышу и закрыл домик зонтиком.

– Все хорошо, – сказал он.

Но вдруг опять подумал: “Теперь мне не больно, но зонтику, наверное, больно. Как же быть?”

– Глупый ослик, – заворчал медвежонок. – Всех от града никогда не спрячешь. Кому-нибудь да будет больно.

– Если так, – сказал ослик, – пусть будет больно мне. – И он сделал над зонтиком крышу и стал по ней бегать – защищать ее от града.

Наконец град кончился.

Медвежонок пожал ослику ушко и сказал:

– Ты очень добрый…

– Что ты, что ты, – замахал на него ослик ушами. – Просто я жалкий ослик и мне всех жалко.



1 звезда2 звезды3 звезды4 звезды5 звезд (Пока оценок нет)
Loading...

В медвежий час
Цар Дикого Лису
В медвежий час