Иван Бессмертный

Стоял часовой на посту. Шли мимо два генерала. Один говорит: «Я и красивый, я и ученый, а никак московску красавицу поглядеть не могу!» А другой говорит: «Я всех богаче, три года бьюсь, а не могу ее личности увидеть, она все в карете ездит, фатой закрывается!» А солдат говорит: «Вот сиволапы, да я при таких капиталах с ней бы и ночь переспал!»

Эти генералы услыхали, обиделись. Сейчас царю доложили. Царь призвал этого солдата: «Ты как,— говорит,— смел моих лучших генералов сиволапыми обозвать?! Ты что похвастал? Дам я тебе денег десять тысяч, и ты если свою хвасту не исполнишь, я тебе голову с плеч!» — «Хорошо,— говорит,— только дайте мне такое повеление, чтобы меня всюду пускали».— «Я,— царь говорит,— тебе напишу под полу, под шинелью, золотыми буквами разрешение».

Сейчас взял, ему под полу написал разрешение золотыми буквами.

Вот солдат все у дома красавицы ходит, высматривает. И он высмотрел, что она в одну гостиницу ездит. Он сейчас туда побежал. Заходит в двери. А к нему лакей бежит: «Пошел вон, тут солдатам нельзя ходить!» Он шинель заворотил, тот разрешение прочел

да и: «Пожалуйте, пожалуйте, каку вам горницу прикажете?»

Тот и взял самолучшу горницу. Туда вдруг приходит московска красавица: «Я в мою горницу пойду».— «Ваша горница занята».— «А кто в ней?» — «В ней солдат спит».

Она разгорячилась, но взяла соседню горницу. В ту горницу к ней красивый генерал пришел. Он и говорит: «Дайте нам бутылку вина да закусок». А солдат кричит: «Подавай пять бутылок вина да пуд закусок!»

Вот ей и обидно, что солдат лучше угощается.

Генерал ей и говорит: «Я самый красивый да умный генерал во всем городу, а вас не видал и у вас не бывал».— «Ну, приходите завтра в это время, вас моя нянька заведет, скажите: «Московска красавица велела».

Ну, солдат все слышит. Только она ушла, солдат генерала зовет: «Ваше благородие, не откажитесь у меня погостювать».

Генерал к нему в горницу пришел, а солдат выставил пять ведер вина да пуд закусок. Генерал и напился да и заспал. А солдат свернулся да к красавице. У ее дома ходит нянька. Солдат и говорит: «Я, бабушка, к московской красавице».— «Идите»,— говорит.

Вот она солдата и привела в темну горницу. Он с красавицей и слюбился. Стал он одеваться, у него пуговка оторвалась, цякнула. Она говорит: «Это что?» — «Это,— говорит, — у меня перстень именной пал».— «На,— говорит,— мой перстень именной, завтра сменяемся».

Ну, она заспала, а солдат и убег.

Пришел в казарму, за ним царь присылает: «Ну что, сполнил хвасту?» — «Сполнил, ночь с московской красавицей переспал».— «Чем докажешь?»

Он вынул именной перстень и показал. Ну, делать нечего. Дал ему царь много денег.

И пошел Иван по своей воле шляться.

Шел-шел, до одной деревни дошел. Зашел в кабак да и говорит: «Сколько у тебя, хозяин, есть вина?» — «Да двадцать бочек»,— говорит. «Давай сюда двадцать бочек, будем народ поить».

Вот и стал народ поить. Мужики и все дела забыли, все в кабак побежали. «Всем,— говорят,— даром вина давают».

Напоил он всю деревню… Тут два мужика поссорились, за село убежали, да один другого убил. А Иван нанял мужика себе до Большого Плёсу вести. Сел на телегу, и поехали.

Вот ехали, лежит мертвый мужик. Иван и говорит: «Стой, мы втроем поедем, веселей будет».

Взял да мертвого на телегу бросил. Вот поехали дале, в лесу огонек пекёт. «Давай заезжай на огонек!»

Приехали они, а это дом большой. Разбойники деньги делят. Он с мужиком зашел да говорит: «Здравствуйте». А они молчат. Он подошел к печке, мясо вынул да говорит мужику: «В этом доме и есть нечего, у них мясо занюхло. Неси наше, посвежей будё».

Мужик принес ему от мертвяка руку. Он понюхал и говорит: «И этот занюх! Неси от другого руку».

Мужик втору руку принес. Он понюхал и говорит: «И это нюхлое; давай бери нож: будем свежих резать, вишь их сколько!»

Разбойники испугались, кто куда убежали. Иван взял, деньги забрал, да поделили пополам. Мужику дал, а сам

дале пошел. Шел, шел, в деревню зашел, просится ночевать. А никто прохожего не пущает. Вот он одного и спрашиват: «А это что за дом стоит большущий? Может, туда пустят?» А тот говорит: «Дом-от наш, в нем никто не живет, черти выжили с того дому».— «Ну,— говорит,— мне никаки черти не мешают, я туда спать пойду».

Он и пошел в кузню, наковал крестов мешок, да молот, да тиски, да карты, да бутылку взял. И пошел, в избу зашел да и лег спать. Все двери закрыл, все на крючок заложил.

Вот лежит. Вдруг гром пошел, хропаются черти: «Что,— ревут,— в чужой дом зашел?» — «А как в чужой? Меня хозяин запустил!» Они говорят: «Прежде был хозяйский, а ныне чертянский! Пусти нас под порог».

Страшенно так ревут. А он говорит: «А что, черти, можете ли маленькой щелочкой пролезть?» Они ревут: «Мы все можем».— «А ну, лезьте»,— говорит.

Он взял, к щелке мешок направил, да на каждого черта крест наложит, да в мешок, да в мешок… Мешок завязал да под лавку и положил. А сам опять лег: «Нынче,— говорит,— спокою нет нигде».

Только лег, реве новый нечистик: «Почему в мой дом чужой зашел?» — «Меня хозяин запустил».—«Пусти меня одной ногой в избу картами поиграть!» Тот запустил: «Ну, давай,— говорит,— поиграем».— «А как играть будешь?» — «А вот, давай в щелкунки».

Ну вот, они стали играть. Наиграл нечистик Ивану пять щелчков. Ладит его щелкать. А Иван говорит: «Нет, давай дале играть, там враз рассчитываться».

Наиграл Иван нечистому духу пять щелкунков. «Ну,— Иван говорит,— теперь я тебе щелкать буду».

Завязал ему глаза, да молот взял, да пять раз дал ему в лоб, дак тот и свалился. Еле встал да в ад убежал. «Ну ладно,— Иван говорит,— теперь поспать лягу, покою не было».

Только лег, идет самый главный бес, под дверью реве: «Запусти меня хоть на минуточку в карты поиграть». Иван и запустил: «А как будем играть?» — «А будем играть в петки: кто проиграет, дак буде в печь на огонь плевать».

Черт наиграл Ивану пять плевков. А Иван говорит: «Будем дале играть, потом рассчитаемся». Ну, Иван наиграл черту пять плевков: «Давай считаться».

Завязал ему глаза да взял тиски, накалил да ему язык и приварил. Он и убежал с тисками в ад. Сам бежит, плачет, а где слезы пали, щелья стала. «Ну,— Иван говорит,— теперь и спать лягу».

Вдруг заглянула в окно девица, да такая красивая, да рукой стук-стук. «Ты кто там?» — «А я твоя Смерть, иду».— «Ну, Смерть,— говорит,— можешь ли этой дыркой пролезть?» Она пролезла да и стала така красивая. «А что,— Иван говорит,— теперь делать будем: в карты играть или как?» А она говорит: «Что делать будем? Со Смертью в карты не играют, умирать будем». А он говорит: «Правда ли, Смерть, что ты как угодно свернуться можешь?» — «Я могу».— «Овернись мухой».

Она овернулась мухой, он ее рукой поймал да в бутылку и запустил. Запустил и пробкой заткнул. Там и Смерть погибла.

Он пошел и хозяину сказал: «Иди в большой дом и живи, я все очистил». Хозяин обрадел. И Иван дал ему мешок и бутылку и говорит: «Закопай это в землю на сорок саженей».

Закопал хозяин в землю Иванову Смерть в сорок саженей, и стал Иван — бессмертный, боле смерти нет у него.

Ну, время идет. Жил-жил Иван, скучно ему стало. Он и пошел на небо.

Шел, шел, в рай пришел. Его приняли в раю: «Тут,— говорят,— кто не умер, три дня жить может».

Он два дня пожил: «Нет,— говорит,— я любитель есть, попивать, а здесь самогонки нету, скушно у вас».

Да и ушел. Пошел в ад. И как увидели его там нечисты: «Не надо,— ревут,— не пускать его, он весь ад разобьет!» Да и вытолкнули.

Он и пошел на землю. Ходил по земле. Все товарищи примерли, все внуков вырастили, а он один все ходит. Тут и стало ему плохо. Он сел и говорит: «Хоть бы Смерть пришла».

Да и вспомнил. Пошел на то место, раскопал бутылку, вынул пробку — вылетела муха, овернулась девицей: «Что,— говорит,— заскучал по мне, Ванюшка?»

Да и обняла его.

Он и помер.



1 звезда2 звезды3 звезды4 звезды5 звезд (1 оценок, среднее: 5,00 из 5)

Иван Бессмертный


Сказка Умусликэн
Иван Бессмертный